Публикуем превосходный рассказ Стебляковой Екатерины Григорьевны, величавой труженицы, ребёнка войны, которая свято веровала, что Наша родина непременно очистится от зла.

Давным-давно это было, люди уже почти все позабыли. Итак вот, на земле в ту пору люд дружный был, жили забавно, не ссорились, кругом леса шикарные, в их зверья видимо-невидимо, реки незапятнанные, вода в их хрустальная, а рыбы разной полным-полно. Поля просторные засевались хлебами, овощами, фрукты росли на любом дереве, животные к людям в села в гости приходили, а люди к ним в лес за грибами, ягодой. В каждой семье дети малые, а у животных тоже детки — игрались вкупе.

Но случилась в один прекрасный момент большая неудача, из заокеанских государств далеких приполз в эту страну ужасный змей-искуситель, круглый, как бревно, длиннющий, мог он преобразовываться в человека, а то и совершенно невидимым стать. И началась на земле смута величавая, прогуливается по земле, ползает, и кто послабее душой, начинает он тому нашептывать:

— Взгляни, какая трава прекрасная да сладкая, покури её!

Сделал человек самокрутку, как попробует, так уже оторваться не может, другому шепчет:

— Давай уколю тебя иголочкой малой — забавно для тебя станет!

А уколет — всё, не может больше человек жить без этих уколов. Третьему шепчет:

— Выпей водички данной — и подаёт ему сосуд небольшой!

А как выпьет человек, так забавно ему станет, ничего ему не нужно, век бы пил эту водичку отравленную. И пошло по земле, работать никто не желает, а змей за эту траву, уколы, да водичку уже золото стал добиваться. А где его возьмешь, если не работаешь? Начали они землю опустошать, всё продавать, только бы получить то, что змей просит. Здесь и ассистенты змея возникли, и все требуют: дай золота, дай, дай, дай!

А где его взять? Уже и поля стоят заросшие, леса начисто вырубили, рыбу всю выловили, всё продали! Люд злой стал, жадный, глядит один на другого, а в очах ненависть. Золота! Золота! Золота! Ранее стариков уважали, оберегали, помогали, а сейчас увидят копейку — убивают, старики уж и до собственных лет не доживают. Мамы стали деток собственных малых убивать, на мороз выкидывать, собакам да свиньям на съедение. Детки про родителей запамятовали, даже как звать их. Но вот в одном селе дама стала носить под сердечком ребёночка, да вызнал про это змей искуситель, ужаснулся, потому что знал, что смерть это его, всё он делал, чтоб ребеночек этот не родился, но не здесь то было. Родился ребеночек небольшой, с рукавичку, да нашлись люди добрые, выходили его, вырастили. Ничего неплохого тот ребеночек не лицезрел, ни молока материнского, ни ласки отцовской, никому не был нужен, звали его Андрейкой.

Рос Андрейка слабым, худым, не было у него силенок, поэтому что не знал он молока материнского, а в нем для ребёнка величавая сила заложена. Ко всему, был он рыжеватый, все дразнили его, обижали, а он лишь удирал от деток. Лишь бабушка называла его золотым солнечным кроликом, так и рос Андрейка, получая подзатыльники да прозвища всякие. Прошло время, вырос Андрейка, возмужал, крепким стал, прекрасным, поглядел как-то вокруг себя. Узрел стариков брошенных, дома разрушенные, поля заросшие, обыкновенные люди по земле валяются, золота требуют, чтоб напиться да накурится, так горько ему сделалось за землю поруганную, а что созодать не понимает. Посиживает он как-то на берегу реки, под деревом искорёженным, глядит на воду, а воды то практически нет, плывут ветки, мусор всякий, про рыбу и гласить запамятовали, посиживает грустить. Вдруг послышался глас:

— Что, Андрейка, жутко жить на таковой земле?

— Жутко, да не понимаю что созодать.

— Помогу я для тебя, лишь не пугайся, необходимо уничтожить змея-искусителя, по другому земля погибнет, недолго ей осталось! Обернись! Обернулся Андрейка, а за спиной стоит жеребец богатырский, белоснежный, грива до земли, хвост по земле стелется, сбруя богатая, на седле доспехи золотом отливают, да клинок с копьём.

— Ну что, Андрейка? Не струсишь на змея идти?

Ничего не дал ответ Андрейка, подошел к жеребцу, отдал ему кусок хлеба с сахаром, надел доспехи богатырские, вскочил в седло, и понеслись они находить змея искусителя. Бежит жеребец, через реки перемахивает, через лес перескакивает, бежит, земля дрожит. Услышал змей топот, жутко ему сделалось, а созодать нечего, придется бой принять. Скрутился в кольцо и покатился навстречу Андрейке. Сблизились они в чистом поле, змей хвостом бьёт, аж ямы делаются, Андрейка копьём, жеребец копытами. Изловчился Андрейка, выхватил клинок и отрубил змею голову. Полилась чёрная кровь, ядовитая, кругом все поджигает, а здесь с неба дождь начал двигаться, светлый таковой, издавна такового не было, смыл все следы — не сделалось змея. Здесь люди поднялись, огляделись кругом, узрели поруганную страну свою, детей малых, которые по земле прогуливаются, у хороших людей хлеба требуют. И так горько на душе у их сделалось, что же это они наделали? Поднялись и пошли, одни пахать да сеять, дружно дома строить, дорожки, третьи лес сажать.

Начала земля преображаться, прямо на очах от светлого дождика реки отчистились, рыба заиграла, поля зазеленели. На полянах с сочной травкой тучные стада пасутся, ребятишки по домам побежали. Не все опамятовались, но, тогда собрали их всех вкупе и выслали в места весьма даже отдалённые, чтоб остальным неповадно было. Идет Андрейка по обновлённой земле, на сердечко отрадно, лицезреет землю преображенную, поля, леса густые, в лесах птицы поют, животные рыщут, ребятишки с плетенками ягод, грибы собирают, и сам запел, а глас незапятнанный да гулкий. А навстречу девицы идут, да все прекрасные, ладные, тормознули, а одна самая прекрасная да бойкая подошла к Андрейке и пошли они вдвоем. Свое счастье находить, песни петь, работать, дом строить, да ребятишек выращивать. Ведь нету на свете лучше нашей земли — Рф.

Добавить комментарий