Глобальная астрофизика понесла томную утрату — один из самых огромных, и, пожалуй, самый узнаваемый радиотелескоп в мире — Arecibo, отключен навечно и будет демонтирован. Он снимался в кино и высылал сигнал возможным братьям по разуму, он находил инопланетян в программке SETI@home и отыскал первую планетку за пределами Галлактики, он картографировал Венеру и пролетающие астероиды, но вялость сплава взяла свое через 57 лет опосля строительства. 1-ый трос оборвался в августе 2020-го, 2-ой трос — сначала ноября,  ученые приняли решение, что ремонт очень небезопасен для рабочих и проще подорвать опоры телескопа самим, чем ожидать его крушения.

Радиотелескоп выстроили америкосы в 1963 году в Пуэрто-Рико — тропическом полуострове в Карибском море. Пространство постройки выбиралось по ряду обстоятельств, в числе которых географическая широта, удаленность от цивилизации, рельеф местности. Система Arecibo приметно различается от почти всех остальных радиотелескопов. Большая часть «тарелок», которые астрологи именуют «основное зеркало», имеют поворотную систему, которая дозволяет направлять антенну в всякую точку видимого небосклона.

Это расширяет их способности, но ограничивает размер — самые огромные поворотные антенны имеют поперечник 100 метров. Arecibo же имеет поперечник 305 метров, но его основное зеркало уложено в котловину старенькой карстовой воронки (время от времени её неверно именуют потухшим вулканом). Собирающая антенна Arecibo недвижна относительно земли, зато движется облучатель — принимающая антенна в фокусе «тарелки». Для этого над основным зеркалом подвешена платформа, на высоте 150 метров.

Подвижность облучателя дозволяет радиотелескопу обхватывать часть неба в радиусе 20° вокруг зенита, но, чтоб воплотить такую возможность основное зеркало сделали сферическим, а не параболическим. Благодаря наклону земной оси в течение года обсерватория могла следить значительную часть небосклона северного полушария. Схожее техническое решение реализовано и в советско-российском радиотелескопе РАТАН-600, хотя конструкции антенн там приметно различаются.

Интересно, что на данный момент похожие двухметровые «микро-Аресибо» для школ и институтов производит русская личная компания «Лоретт». Таковая сборка ординарна по конструкции, легка в перемещении и монтаже и комфортна для размещения на крыше.

Радиотелескоп Arecibo в отличие от почти всех собственных наименьших братьев был не попросту «ухом», он мог и «гласить», т.е. работать как радар. Это открывало неповторимые способности для ученых — экспериментальную астрономию. В большинстве собственном астрономия — это пассивная наука, ученые делают научные инструменты и наблюдают, собирают сигналы и свет, которые прилетают на Землю естественным методом. Arecibo же светил в радиодиапазоне сам, и мог принимать отраженные лучи. Так ему удалось картографировать Венеру с разрешением до 1 км. Поточнее карты смогли сделать лишь русские «Венеры», и южноамериканский Magellan.

Arecibo смог разглядеть у полюсов Меркурия странноватые отложения, которые позже зонд Messenger смог найти как водяной лед.

Да, на наиблежайшей планетке к Солнцу, есть залежи водяного льда!

И ничего подобного он не нашел у нашей Луны. Хотя на данный момент считается, что приполярный грунт Луны относительно богат на воду, и это подтверждалось независящими способами но, возможно, это не ледники, а маленькие кристаллики льда, распределенные в грунте.

В крайние годы, радар Arecibo много работал в определении расстояния и даже в картографировании пролетающих околоземных астероидов. В этом деле он фактически воплотил идею, из которой и вырос — предупреждение опасности из вселенной. Хотя шестьдесят годов назад источником таковой опасности числился Русский Альянс, а не Пояс астероидов.

В неких вариантах Arecibo не следил астероид сам, а лишь «подсвечивал» его, а отраженные радиосигналы воспринимали остальные радиотелескопы, к примеру 100-метровый Green Bank Telescope либо 70-метровый Goldstone в США. В паре они славно поработали, и сейчас мы знаем о астероидах намного больше.

К примеру, что у неких «галлактических камешков» есть спутники — камешки гораздо меньше.

Некие — двойные.

А некие — контактные двойные, что наиболее типично для ядер комет.

Самый далекий «выстрел» Arecibo — одноименное «послание». Адресат послания — звездное скопление М13 будет ожидать сигнала 25 тыс лет, а позже нам столько же придется ожидать ответа. Потому это был быстрее прекрасный пиар, чем настоящая наука, зато он обеспечил популярность обсерватории и устойчивое финансирование в протяжении десятилетий. В популяризации помогал и Голливуд, полюбивший футуристичную архитектуру телескопа. Тут и Джеймс Бонд побеждал злодеев, и Джоди Фостер слушала внеземные сигналы в фантастическом кинофильме «Контакт».

В астрофизике и наблюдении далекого вселенной Arecibo тоже показал себя. Поначалу подтвердил нейтронную звезду в Крабовидной туманности, а позже смог «услышать» планетку около пульсара. Поточнее слышал он лишь пульсар, но нрав его радиоимпульсов дал подсказку ученым, что рядом есть какая-то неизменная помеха. Это оказалась 1-ая подтвержденная внесолнечная планетка. На данный момент экзопланет подтвердили уже несколько тыщ, и даже дали Нобелевку, правда не за «пульсарную», а обыденную звездную, ну и отыскивают иными способами.

Поработал Arecibo и с нашим «РадиоАстроном» в исследовании самых далеких объектов наблюдаемой Вселенной — квазаров. Вместе с иными большенными телескопами Arecibo занес вклад в одно из самых принципиальных открытий «РадиоАстрона» — обусловил экстремальную яркость квазаров, которая невозможна по имеющимся моделям этих явлений.

Радиотелескоп хотя и оставался длительное время самым огромным в собственном классе, но часто модернизировался. Сначало у него даже не было «тарелки» — это была маленькая сетка, повисшая на тросах над котловиной. Потом на сетку повесили наиболее 30 тыс дюралевых перфорированных пластинок. Это расширило спектр «слышимости» радиотелескопа. Для защиты от возрастающих помех, по периметру «тарелки» поставили сетчатый забор. В 90-е к облучателю, схожему на огромную телевизионную антенну, добавили еще «Григорианский купол» — вторичное зеркало, которое повысило точность принимаемых сигналов, и позволило расположить новое оборудование, как для приема, так и для передачи.

В итоге выросли способности обсерватории, да и возросла перегрузка на систему тросов. На 3-х опорах держалась не только лишь сетчатая база «тарелки» с дюралевыми листами, да и 900-тонная платформа облучателя и «Григорианского купола». Но телескоп держался. Его возводили в сейсмически активном регионе, в каком нередки тропические циклоны, потому припас прочности там был. Первым сдали бюджеты. Денежные задачи начались еще в 2000-е. Уже тогда ученым приходилось писать обращения к политикам о выделении средств на обсерваторию. И здесь география сыграла против науки — если бы он был на континентальной местности США, то его культурное и образовательное значение помогало бы. А так, вся его известность развивала туристскую промышленность Пуэрто-Рико, а за его работу платить приходилось из бюджета США. Потому южноамериканские бюрократы воспользовались хоть каким комфортным поводом, чтоб урезать бюджет, а у пуэрториканских чиновников средств не хватало. Некий вклад вносило и NASA, и в сумме удавалось набирать и на работу и на сервис телескопа.

Позже и техника начала сдавать.
В 2008 году полуостров тряхнуло землетрясение в 6 с излишним баллов, и на Arecibo начал расплетаться один из вспомогательных тросов, который держал платформу. Его стремительно зафиксировали при помощи металлической «шины».
В 2017-м на Пуэрто-Рико обвалился ураган Мария, который оторвал две третьих штыря старенькой «тв антенны» облучателя. Она свалилась на «тарелку» и вышибла несколько частей.
В 2018 году телескоп утратил звание самого огромного, когда Китай окончил стройку 500-метрового FAST.
В конце концов в августе 2020-го, без видимых обстоятельств, выскочил из крепления один из вспомогательных тросов платформы Arecibo, пробил 30-метровую дыру в основном зеркале, и мало повредил «Григорианский купол».

Чуть ученые смогли оценить повреждения, и с горем напополам вышибить средства на ремонт, как порвался 2-ой трос. И это повреждение оказалось намного серьезнее первого. Дело уже не в размере дыры в основном зеркале, а в том, что это был один из 6 тросов, на которых вся «тарелка» и висела над лощиной. Оставшиеся тросы затрещали и тоже стали терять маленькие нити. Наиболее того, оказалось, что основной трос разорвался в штилевую погоду, под действием 60% от максимально допустимой перегрузки. Т.е. если это не брак определенного троса, а общее свойство их всех, то другие могут порваться буквально так же — в хоть какой момент и по взмаху крыла колибри.

В таковых критериях аварийные работы чреваты человечьими жертвами, которых пока удавалось избежать. И не то, чтоб в Пуэрто-Рико не нашлось бы достаточного количества суицидальных монтажников, готовых рискнуть за тройной оклад. Просто сегоднящая ситуация удачный повод для чиновников поставить окончательный крест на телескопе. Сейчас они готовы отдать средств лишь на резвую управляемую разборку. Обсерватория там остается, но больше как культурный и образовательный объект. Значение же для базовой науки сведется фактически к нулю.

Добавить комментарий