«Меньше народу — больше кислороду»

Русская поговорка «Меньше народу — больше кислороду» появилась, когда зэков набивали в товарные вагоны, не заботясь о том, почти все ли доедут {живыми} до ледяных мест разгрузки. Да и сейчас эта поговорка всем понятна; в особенности тем, кто катался по Москве в битком набитом автозаке.

Принципиально осознать: чем больше людей катается в автозаках — тем больший доход получает производитель автозаков. А означает, его семья живёт лучше, его работники живут лучше, учителям деток работников тоже что-то достаётся… Так что с экономической точки зрения может оказаться, что повышение числа автозаков благотворно отражается на уровне жизни (пример Белоруссии весьма убедителен: Лукашенко получил 81% на недавнешних выборах).

Это мы к тому, что нужно мыслить о жизни страны, до этого чем поспешно и жестко ругать управление. А именно, министров Рф.

Один из их, министр индустрии и торговли Русской Федерации Мантуров лишь что (в интервью «Блумбергу») заявил: «Падение курса рубля к баксу на 20% с начала 2020 года — это «круто» для тех компаний, которые не очень очень завязаны на импорт».

«Блумберг» (наикрупнейший в мире денежный аналитический центр, штаб-квартира в Нью-Йорке) совсем верно перевёл арготическое выражение «круто». В оборотном переводе с британского наш министр произнес: «Падение курса рубля к баксу на 20% с начала 2020 года — это потрясающе!»

Он уточнил очень туманно: «для тех компаний, которые не очень очень завязаны на импорт». Если обойтись без канцелярских выкрутасов, получится: «падение рубля потрясающе для экспортёров».

Да, это нескончаемый спор: экспортёрам нефти, газа, золота, никеля и пр. падение рубля прибыльно, а импортёрам пищи, электроники, каров, одежки и иных предметов употребления — совершенно нерентабельно. Они обязаны подымать цены.

Но, не считая экспортёров и импортёров, в Рф существует население. Оно не ест золото и не одевается в никель. Цены продуктов вырастают. Поточнее сказать: растёт стоимость жизни. А ещё поточнее — растёт число нищих. По официальным данным Росстата: на данный момент в Рф у 20 миллионов людей доходы ниже прожиточного минимума. Официальная формула: «они живут за чертой бедности». А если без канцелярских выкрутасов, они нищие. В этом году их сделалось на 2 миллиона больше. Это круто (но не в смысле «потрясающе», а в смысле «жуть»).

Жизнь различная не только лишь у экспортёров/импортёров. Помните гениальную солдатскую песню Окуджавы:

А по полям жиреет вороньё,
а по пятам война грохочет вослед.

А с что вороньё жиреет? Ведь война, неудача. Да с того, что поля Священной войны завалены трупами…

Хорошо, не будем нагнетать. Мантурова можно осознать: он гласил с «Нью-Йорком», гласил как макроэкономист. Полностью возможно, что он, как и почти все наши экономисты, обучался по работам 2-ух именитых финансистов-практиков, уже не один раз выдвигавшихся на Нобелевскую премию: грек Ничес и японец Нитсушими совершенно не разглядывают депопуляцию (сокращение населения) как отрицательный фактор предпринимательства. И наш министр не задумывался, как его слова будут восприняты конкретно сокращающимся популяцией Рф.

ДЕНИС МАНТУРОВ. ФОТО: KREMLIN.RU

А черта бедности… Она у всех своя. Нью-Йорк — субтропики (40° с.ш.) — он южнее Сочи и Ташкента; в зимнюю пору там минус 2°. А Москва на 56° с.ш., в зимнюю пору минус 20°. А Норильск — субарктика, 70° с.ш., в зимнюю пору минус 50°.

Все нью-йоркские нищие сдохли бы в первую же Норильскую зиму, хоть ихние нищие богаче наших.

…Писал на данный момент этот текст, цитировал Окуджаву и вдруг увидел: «жиреет вороньё». Если убрать две буковкы («он»), получится ещё поточнее.

ФОТО: PIXABAY.COM

Добавить комментарий