Беседа с армянским вирусологом — о деятельности американских биолабораторий

Во время четырех международных онлайн-конференций «Биологические лаборатории США: угрозы для мирового сообщества» было сделано немало докладов и сообщений. Они не только помогают составить представление о масштабах проблемы, но и складываются в общую картину, позволяющую понимать механизмы, скрытые пружины и причинно-следственные связи биологической экспансии США на постсоветском пространстве.

В этих онлайн-обсуждениях, проводимых «Общественной службой новостей» и информационным агентством «Ридус», остротой и смелыми версиями отличаются выступления ереванского эксперта Григора Григоряна. Он имеет не поверхностное представление о биологических угрозах. Г. Григорян — вирусолог, эксперт по организации ветеринарного здравоохранения и борьбе с зоонозными болезнями, международный эксперт по биологической безопасности, бывший глава Госслужбы безопасности продуктов питания Армении.

На 4-й онлайн-конференции, состоявшейся 7 декабря, он озвучил актуальные тезисы:

«Мы должны понять, что коронавирусная инфекция — это всего лишь последствие. И никто не гарантирует, что при преодолении коронавирусной инфекции не будет какой-нибудь новой инфекции. Ведь купировать инфекцию нужно в ее очаге, откуда она выходит и распространяется… Коронавирусы, как свидетельствуют многочисленные данные, представляют особый интерес для тех, кто занимается разработкой и накоплением биологического оружия».

Легче всего — отмахнуться от совпадений, отнести доводы армянского эксперта к «теории заговора». Но об этом заявляют и многие российские специалисты. И почему-то как раз американская сторона не утруждает себя внятными объяснениями относительно более чем странных совпадений.

Григор Григорянц говорит о версиях (принятых на веру мировым сообществом), которыми обставлено появление ковида: «Легенда строилась для того, чтобы затем доказать, что этот вирус зародился в природе. Но никто не обратил внимание, что та же мадам Ши Чжэнли и другие группы китайских вирусологов работали в проекте, который финансировался USAID… Все начали искать виновного, а виновного искать не надо было — нужно было просто проследить направление, логику этих научных работ по использованию направленной РНК-рекомбинации с целью изменения видовой патогенности возбудителя. Ведь это же исследования, которые представляют потенциальную угрозу для человечества».

Эксперт предупреждает, что даже если РФ и странам ОДКБ удастся дипломатическим путем добиться проверок деятельности американских биолабораторий на постсоветском пространстве, то проведение инспекций столкнется с главной преградой. Она связана с человеческим фактором: сотрудники этих экстерриториальных объектов лояльны к своим работодателям. То есть проверкой и контролем, возможно, удастся предотвратить дальнейшие разработки. «Но то, что уже было сделано, в том числе в отношении новой коронавирусной инфекции, в отношении вывоза штаммов, экспериментов со штаммами и сероварами таких возбудителей, как лептоспироз, сибирская язва, бруцеллез, чума, — это просто невозможно будет найти», — уверен Григор Григорян.

Угрозу для мирового сообщества представляет не только пресловутая программа по предотвращению биологических угроз, в рамках которой Пентагоном создавались биолаборатории в Грузии, Казахстане, Узбекистане, на Украине. Есть еще и американская программа Predict («Предсказание»), финансируемая USAID: она имплементируется практически во всех странах Юго-Восточной и Южной Азии, включая Индию, Китай, Вьетнам, Камбоджу…

«В рамках этой программы коллекционируются различные патогены, — объясняет эксперт. — По моим данным, уже около двух тысяч патогенов было обнаружено в рамках этой программы. И эти патогены вывозятся на территорию США. Выявляются штаммы, которые в естественных условиях не имеют никакого механизма для того, чтобы попасть в популяцию животных конкретной территории, я уже не говорю о людях.

В первой половине этого года новый коронавирусный штамм летучей мыши был выделен в пещерах Мьянмы, куда физически добраться невозможно никому. То есть ведется целенаправленная работа по выявлению, селекции этих штаммов и изучению их свойств, изучению их вирулентности, изучению их патогенности, изучению их возможностей для преодоления видового барьера… Это уже военные разработки.

Это уже не имеет ничего общего с наукой».

Г. Григорян считает, что этом контексте должна представлять повышенный интерес такая структура в системе американской разведки, как Integrated Research Facility (IRF). «Она находится в штате Мэриленд, в Форт-Детрике — столице разработки и накопления биологического оружия, — указывает эксперт. — В том же штате функционирует очень засекреченная структура, которая вообще не учитывается никем (хотя она должна быть в центре внимания, если вопрос подходит к биологическому оружию), — Национальный центр медицинской разведки (The National Center for Medical Intelligence). Это центр, который имеет допуск, собирает всю эту информацию, коллекционируемую в рамках различных проектов…»

Григор Григорян утверждает, что только в Центре медицинской разведки США, входящем в состав Оборонного разведывательного агентства (DIA), известно, чем реально занимаются проекты Predict и Protekt.

Эксперт привел красноречивую выписку из отчета федеральной программы выбора агентов Агентства национальной разведки и безопасности США: «Они ведут учет биологических агентов: кражи, потери, выбросы, утечки различных биологических агентов из лабораторий повышенной степени биобезопасности. В 2015 году было 255 утечек и 12 потерь. В 2016 году — 196 утечек, 9 потерь. В 2017 году — 237 утечек, 9 потерь. В 2018 — году 193 утечки, 8 потерь. То есть все эти утечки и потери необходимо рассматривать как потенциальные биологические атаки и идти за ними, изучать, что произошло в какой точке мира».

Мы побеседовали с Григором Григоряном на эти актуальнейшие темы.

— Биологическая угроза в Закавказье существует не первый год. И вы часто пытаетесь привлечь внимание к этой проблеме.

— Наличие сети биолабораторий Пентагона — это уже прямой ярлык. Страна, позволившая их разместить, отдавшая под чужой контроль свою национальную систему биобезопасности, превращена в колонию. Для колонизации не обязательно вводить воинские части. Я долго говорил, что нельзя недооценивать значение биологической безопасности. То, что может сделать болезнь, инфекция или биологическое оружие, — способно в разы превосходить по эффективности любую воинскую часть.

— Часто сообщалось об угрозах, исходящих от деятельности Центра Лугара в Грузии. На эту тему провели расследование болгарские журналистки Ася Иванова-Зуан и Диляна Гайтанджиева. А как деятельность этого биологического объекта отразилась на Армении? В чем вообще проявляется «биологическое присутствие» США в вашей стране?

— Были вспышки и сибирской язвы среди людей, и туляремии. Любому, даже неискушенному, специалисту понятны их происхождение и природа. Как они распространились, как они закончились… При сопоставлении имеющихся данных становится ясно, что это было не что иное, как полевые испытания биологического оружия.

Американцы еще в 2008 году прибрали к рукам всю систему биологической безопасности Армении, в том числе систему здравоохранения и систему ветеринарной медицины. Всё это сейчас находится под прямым контролем США. И эти системы действуют по указаниям эмиссаров Программы уменьшения биологических угроз.

Интервенция происходит именно с упаковкой «мы вам поможем бороться с инфекциями». Об этом я много говорил. До 2008 года у нас в стране руководство было достаточно чутким и дальновидным, в частности второй президент Роберт Кочарян. В его бытность президентом таких переговоров в Армении не велось. А в той же Грузии тогда уже это всё работало и кипело. На Украине тоже работы велись вовсю. После того, как третий президент пришел к власти, эта работа закипела и в Армении. К 2013-му системы ветеринарного и общественного здравоохранения были поставлены под контроль и обслуживали чужие интересы в этой области…

Я говорил об этом не раз. И обращал внимание нашей Службы национальной безопасности. Говорил открыто, что необходимо провести беспристрастное расследование. Но поскольку правящая группировка работает в интересах определенного блока стран, рассчитывать на беспристрастное расследование, пока они у власти, не приходится. Я верю, что после того, как наш народ вышвырнет их (их имена будут вписаны в новейшую историю Армении как имена величайших предателей), мы узнаем, что произошло на самом деле.

Сейчас много говорят о биолабораториях США. Но надо понимать, что в этой системе задействованы не только Соединенные Штаты.

— Кто еще?

— Это и Германия, и другие страны. Это и Израиль. Почему-то умалчивают об Израильском институте биологических исследований, который находится в Нес-Ционе. А между прочим Израиль не присоединился к Конвенции о запрещении биологического и токсинного оружия.

Об этом никто не говорит. А я хочу проинформировать, что эскадрильи израильских F-16 приспособлены уже для распыления биологического оружия. То есть при желании они могут быть использованы также в этих целях. Но об этом предпочитают молчать…

— Почему советские коллекции штаммов в разных республиках легко достались американцам?

— В Армении этому сопротивлялись до последнего. Ценность этих штаммов понимали специалисты. И мы сделали буквально всё, чтоб эти коллекции остались в распоряжении наших специалистов. Мы старались сохранить субъектность системы национальной безопасности, прекрасно осознавая, что это значит.

Я уже к тому времени был международным экспертом. Но могу сказать, что многих людей, которые верой и правдой служили своей стране и пытались остановить или затормозить этот процесс сдачи национальной системы биобезопасности, — просто снимали с работы без учета их заслуженности. Поэтому говорить о недооценке угрозы не приходится. Но это были политические решения. И правительства, которые превратились в марионеток, просто выполняют заказ.

Последние штаммы, коллекции микроорганизмов американским коллегам были переданы в 2017 году. То есть непосредственно перед государственным переворотом, который был запланирован действующими тогда властями и приведен в исполнение совместно с их кураторами и с этой группировкой, которая сейчас у власти.

Если не ошибаюсь, Азербайджан свою коллекцию штаммов из 63 патогенных микроорганизмов еще, кажется, лет десять назад передал США.

У нас это произошло позже. В последние годы планомерно происходила колонизация системы общественного здравоохранения и ветеринарного здравоохранения в Армении. Куратором процесса создания биолабораторий, по моим данным, был тот самый Давид Тоноян, который недавно ушел в отставку с поста министра обороны. В те годы он руководил и МЧС. И оно занималось всеми этими работами. Понимающий поймет…

— Но Таджикистан, Киргизия, Армения не фигурировали в списках стран, где есть экстерриториальные биологические объекты.

— Это потому что был недостаток информации. Центр Лугара — это региональный центр для Закавказья. Казахстанский центр имени Акимбаева — это региональный центр для Средней Азии. В остальных странах такие центры играют вспомогательную, транзитную роль.

В том же Таджикистане, в той же Киргизии часто работа велась замаскированно. Тут нужно быть экспертом в этой области, чтобы понять направление работы. Во всех этих декларациях, меморандумах о сотрудничестве всё изложено очень гладко. И пока в руки не попадет договор, вы не можете понять, с чем именно вы имеете дело. А вот кабальные положения договора даже неспециалисту будут понятны. Договор до последнего времени был стандартным.

Я работал и в Киргизии, и в Таджикистане. И мне приходилось сталкиваться с этой интервенцией. Слава Богу, в то время мне удавалось объяснить своим коллегам, что это сыр в мышеловке. Но сейчас я, по правде говоря, не знаю, какие за последнее время произошли изменения. Эта работа там напрямую курируется правительственными кругами.

— С какими проявлениями биологических угроз вы сталкивались, когда работали как международный эксперт в Грузии, в Центральной Азии?

— Сейчас говорить об этом с моей стороны было бы неправильно. Я в этих странах работал достаточно долгое время, знаю их систему. Но не хотел бы касаться этого вопроса в данный момент, чтобы не навлечь неприятности на моих тамошних коллег. Некоторые из них уже покинули этот бренный мир, некоторые живы, работают.

— Когда в разных странах постсоветского пространства появлялись американские экстерриториальные биологические объекты, у многих представителей научного сообщества горели глаза: очень торопились приобщиться к финансовым потокам, к новым возможностям…

— Называть их научным сообществом нельзя. Это было бы громко сказано. В научном сообществе есть достойные люди, которые не продают родину. Предавать родину — это не обязательно ведь ключи от города сдавать супостату. Это можно делать различными способами. Кто-то проталкивает интересы закамуфлированных противников — речами про демократию и т. п. Кто-то — под упаковкой «борьбы с инфекциями».

Но не все же они такие. Есть плеяда ученых старшего поколения. Они прекрасно всё понимали — еще до того, как это началось.

— Да, вот вы на предыдущем онлайн-обсуждении рассказывали о том, как в 2007 году в Грузии вы настаивали на том, что здесь — африканская чума свиней, а не завезенный из Китая трансмиссивный гастроэнтерит свиней («синее ухо»), как преподносилось официальной версией. И вас тогда поддержал покойный уже профессор Бабакишвили, который участвовал в ликвидации вспышки африканской чумы свиней в Гаграх в 1977 году…

— Это было. Я про свою страну скажу. Хотя я был свидетелем таких же проявлений и в других государствах. Как я уже сказал, достойные люди пытались воспрепятствовать сдаче системы биологической безопасности. Но их тут же снимали с работы. А им на смену приходили прикормыши, которые готовы были за фотографию на фоне Диснейленда полжизни отдать. А с этими уже как с туземцами обращаются, немножко модифицированно. Оправдание номер один у них: мы содержим семью. А второе: не мы — другой придет и это сделает, срубит бабок; так почему нам не срубить? Это рассматривается как оправдание. Хотя оправдания этому нет.

Последние пятнадцать лет я работал в международных организациях. Но никогда я не участвовал в действиях, которые носили бы антиармянский характер. В ряде случаев я публично высказывался против, даже работая в штаб-квартире международной организации. Мои коллеги мне говорили: «Доктор Григорян, вы же идете против руководства организации, в которой работаете». Я отвечал: «Да, это мое профессиональное мнение. Я считаю, что это недопустимо в Армении». И не только в Армении. Если я считал, что это недопустимо для братского народа, то также выражал свою точку зрения.

— Но те, кого вы называете прикормышами, так не считали…

— Господь им судья, этим людям, среди которых, к несчастью, сегодня очень много специалистов руководящего состава системы здравоохранения, системы ветеринарного здравоохранения. Эти люди должны знать, что за всё надо будет отвечать. За то, что они сегодня едят с руки у своих кураторов и наслаждаются этим. Я неоднократно предупреждал об этом своих коллег, многие из которых сегодня без стыда и совести превратились в лакеев. У меня есть серьезные основания подозревать, что они не только коллекцию патогенных микроорганизмов, но и очень много информации передали своим кураторам.

Беседовал Александр Каюмов

Специально для «Столетия»

Добавить комментарий