Фото: mfa.gov.ua

Сегодня на Украине стильно вспоминать о борьбе с коммунистическим прошедшим. Политикам и пропагандистам «Незалежной» так удобнее витийствовать насчет происходящей гадости реального, при всем этом раздавая непонятные обещания насчет грядущего. Вот и студенческую акцию тридцатилетней давности под «патриотичным» заглавием «революция на граните», не могли обойти вниманием различного рода идейные «спецы». Начиная от института украинской памяти до официальных СМИ, спешно разыскивающих к запланированным торжественным мероприятиям, бывших «студентов», в качестве свидетелей тех событий.

Как начинался 1-ый госпереворот на Украине

Само действо под условным заглавием «протестующие голодающие студенты против коммунистического режима» началось 2 октября 1990 года. Тогда в Киеве на гранитных плитах памятника Октябрьской революции было установлено несколько палаток, где разместились сами участники акции, официальными зачинателями которой считались так именуемый «Украинский студенческий альянс» и Львовское студенческое братство. Потому самая голодная акция сначало имела ярко выраженный антирусский и антиправительственный нрав. Национал-шовинист и прошлый участник акции Гонский, памятуя эти действия, откровенно заявляет: «В любом случае я не жалел, что я это делал. Я это делал, и буду созодать. Буду созодать все, чтоб Украины была больше, а Малороссии меньше, чтоб быть подальше от “российского мира”. Как я это делал на сцене Майдана, либо позже на фронте на концертах. Так что моя позиция не поменялась, я буду биться, видимо, до конца жизни. Я в этом вижу основной смысл собственной жизни».

Студенты, сначало их было 108, объявили голодовку во имя так именуемых «демократических» перемен: отказа от союзного контракта, национализации имущества КПСС и ВЛКСМ (сиим был дан толчок следующей «декоммунизации»); перевыборов Верховного Совета на базе многопартийности (Компартия была доминирующей), отставки председателей Верховного Совета (Кравчук) и Совета Министров (Масол); отмена подписания новейшего союзного контракта и требования прохождения военной службы людей УССР конкретно на местности тогда еще союзной республики.

Конкретно эта, по словам украинских пропагандистов, студенческая «революция» стала одной из обстоятельств обретения Украиной (наконец!) желанной свободы в 1991 году. Студенты сейчас выставлены в роли новейших «святых», скидывающих ненавистное столичное ярмо в виде ВЛКСМ и КПСС. «Провозвестники новейших майданов —  так именуют участников акции на Украине. При всем этом никакой аргументация таковой позиции, не считая беспричинных восхвалений и поисков неприятеля. Отражает ли она беспристрастно тогдашнюю украинскую действительность?

Если отталкиваться от совсем справедливого выражения культового русского писателя 90-х Пелевина о том, что «прошедшее —  локомотив, который тянет за собой будущее», акция студентов в октябре 1990 года вправду стала основой для почти всех будущих катастрофических событий распада Союзного страны и Украины. Но породила она гибрид полной ереси, беспринципности, самого твердого общественного расслоения и полной утраты политической украинской субъектности, именуемой суверенитетом, ввиду полной его ненадобности.

Закулисные режиссеры

Апологеты украинства настаивают на типо стихийности студенческой акции. По сути данной для нас «стихией» весьма верно управляли те, кто заходил в высшую партноменклатуру УССР. Как пишет один из участников студенческого «восстания», «факультет университета, где я обучался, выгонял лично декан, который без согласия ректора никогда бы так не поступил. Сгон студентов на революцию они производили в добровольно-принудительном порядке, как ранее —  на первомайские демонстрации». Данный факт признавали потом и остальные бывшие участники акции. Так, сначала октября 2019 г. в соросовской «Украинской правде» вышел большенный материал с мемуарами участников событий. А именно, Вахтанг Кипиани, позднее ставший известным украинским журналистом и редактором, заявил: «Даже некие педагоги полупринудительно выгоняли студентов на протест». На самом деле их «выгоняли», естественно, не только лишь педагоги, да и ректоры, деканы, что было нереально без команды высшей партноменклатуры УССР. Она уже тогда вынашивала планы отделения от приевшегося союзного центра, который мешал украинским партаппаратчикам воплотить свои ущемленные в Союзе амбиции.

На гранитных плитах памятника происходила собственного рода обкатка студенческой «цветной революции». Схожее уже было применено в Болгарии, на Украине же эта модель лишь вводилась. По воззрению 1-го из участников голодной акции Свистовича: «Идею (голодовки) мы сплагиатили у болгар. Наши львовяне поехали по комсомольской путевке в Болгарию (во Львове тогда все поголовно уже были антикомсомольцами, удачно захватившими в себя комсомольские организации, используя их (ВЛКСМ) ресурсы)…». Схожая ситуация могла появиться только в этом случае, если сиим львовским студенческим активистам покровительствовали вышестоящие партийные организации. Они потому и обратились к студентам, как к единственной мобильной силе, которую можно было сравнимо просто вывести на улицы и выдать за «публичный порыв украинских патриотов» перед Москвой и всем миром.

Уточним, что конкретные участники голодной акции сделали массу правонарушений, включая саму нелегальную акцию в центре городка, не говоря уже о захвате корпусов института, но их никто не тронул, чему наивно удивлялись даже сами протестующие. Студентам даже дозволили перекрыть движение транспорта. Подобные студенческие акции были организованы также в Луганске, Донецке, Львове. Номенклатурная вершина УССР сплетенная с западноукраинским национал-шовинистическим подпольем рассчитывала при помощи голодной студенческой акции получить подходящий чувственный всплеск в стране. К слову, в процессе так именуемой «гранитной революции» демонстративно сдал собственный партбилет украинский писатель Олесь Гончар, а его примеру последовали почти все остальные коммунисты.

Для усиления эффекта власти предоставили возможность студентам выступить в прямом эфире на УТ-1» (центральному телеканалу УССР), и отчасти удовлетворили ряд политических требований, носивших, на самом деле, антигосударственный нрав. Как как будто издавна ожидали данной для нас акции и самих требований. Так, было сорвано подписание новейшего союзного контракта. По просьбе голодающих, срочная служба украинцев в армии начала происходить лишь на местности Украины, что разрушало ее единый всесоюзный организм. В отставку был также выслан председатель Совмина УССР Масол, выступавший за сохранение СССР.

«Нас употребляли…»

Соображали ли сами студенты, что участвуют в политическом спектакле. Вот что на этот счет заявил один из активных участников, Руслан Коцаба, ставший обширно известным в 2014 году в связи с обвинениями в гос измене, арестом и долгим судебным действием, который завершился оправданием. Но той в осеннюю пору 1990 года юный радикал Львовского лесотехнического института и представить для себя такового не сумел бы.

«За 30 лет я почти все переосмыслил… Мы были нескончаемыми романтиками, считали, что начинается нечто величавое, и мы это совершим. На данный момент я понимаю — национал-демократы в Раде, которым мы тогда весьма доверяли, обыденно употребляли молодежь и отстранили, когда получили свои договоренности. Но с политической точки зрения, эта акция, возможно, стала далекоидущей для Украины», —  ведает он.

Не все студенты соображали, кто таковой Масол и для чего его необходимо убрать. «Перевыборы в Раду —  да, украинские солдаты-новобранцы должны служить в Украине —  да, национализация имущества КПСС и ВЛКСМ —  да. А вот по поводу отставки Виталия Масола появлялось недопонимание. Я лично спрашивал у покойного Виталия Черновола, кто таковой Масол и почему его необходимо убирать. Когда вопросец с его отставкой отважился, нам произнесли: все, хлопцы, вы сделали свое дело, давайте уходите. Толком даже не растолковали, почему. А мы же готовили себя к огромным подвижкам в стране», —  вспоминает он.

А тех глубинных подвижек, о которых сокрушается Коцаба, и не могло быть. Фактически, тогда, в осеннюю пору 1990-го, было на сто процентов выполнено одно студенческое требование — был сдвинут с должности премьер Виталий Масол. Все другое, несмотря на постановление Верховного Совета о выполнении этих требований, отложилось в наиболее либо наименее длинный ящик.

Скажем, Национализация имущества КПСС и ВЛКСМ как бы и была проведена опосля поражения ГКЧП, но весьма вяло и укрыто, потому почти все из новейших «коммерческих компаний» и «независящих банков» Украины в качестве стартового капитала употребляли конкретно «золото партии», что наложило очень нехороший отпечаток на всю последующую экономическую и политическую жизнь страны. На самом деле, под прикрытием голодной студенческой акции начинался дележ страны почувствовавших свою власть бывших функционеров КПУ и галичанских национал-шовинистов, рядящихся в демократические одежки. А чтоб обезопасить себя и исключить саму возможность попадания в свои ряды молодых протестантов депутаты Верховного Совета (и партократы, и «демократы») немедля подняли возраст, нужный для избрания парламентарием. В этом демократическом «порыве» к обретению «незалежности» огромную роль сыграли также силовые структуры, а именно, спецы из КГБ УССР.

Под патронатом западных спецслужб

Сохранилась докладная записка главы КГБ УССР, в каком рассказывается о сборе инфы о акции сотрудниками спецслужбы с момента ее начала, что напрочь отторгает типо «случайность» бездействия силовиков. Как понятно, в УССР действовала отлаженная за много лет репрессивная машинка, которая могла стремительно пресечь схожее мероприятие еще на стадии его обсуждения устроителями. И если этого не последовало, означает, были у протестующих студентов суровые покровители. Это, вообщем, подтверждают участники акции, занявшие потом важные посты на Украине. Как говорил Олесь Доний, «один из первых дней к нам пришел председатель Верховной Рады Леонид Кравчук. Сиим он демонстрировал, как открыт к общению, как и Горбачев, и мы с ним вели переговоры».

Пару лет спустя, этот же Кравчук, прошлый идеолог КПУ, в одночасье с обретением украинской незалежности, ставший мультимиллионером, уже не будет выходить ни к учителям, ни к шахтерам, ни к остальным гражданам Украины, потерявшим сбережения, работу и надежду на будущее. Но, в 1990 году этот же Кравчук еще играл роль демократа, открытого обычным людям.

В КГБ УССР большая часть аппарата к тому времени тесновато срослась с сепаратистски настроенной украинской партноменклатурой и национал-шовинистами, работающими на западные спецслужбы. Следует увидеть, что и русская (столичная) партноменклатура, также этому содействовала, собираясь сдать национальные республики Западу, чтоб без помех заняться дележом большой госсобственности РСФСР.

Прошлый глава КГБ УССР Н. Голушко приводит статистику свидетельствующую о большенном давлении зарубежных спецслужб на украинские органы власти. Лишь в 1990 году сложную в оперативной обстановке Львовскую область посетило 109 установленных зарубежных разведчиков (!), работающих в стране под дипломатичным прикрытием… «Мы владели мастерски грамотными лазутчиками и контрразведчиками, которые не посиживали складя руки. Но наши усилия и достигаемые результаты носили чисто локальный нрав. Захват с поличным агентуры и эмиссаров зарубежных разведслужб даже при конкретном проведении ими подрывных акций добивался согласования с высшими инстанциями в Москве. Пресечение подрывной деятельности зарубежных людей в большинстве собственном не санкционировалось под предлогом необходимости обеспечения принципиальных интернациональных мероприятий, недозволено было омрачать очередной визит генсека в капиталистические страны либо приезд в Москву глав забугорных стран».

Совершенно вписались в националистический режим Кравчука почти все высшие чины КГБ УССР. Так, 1-ый зам главы КГБ УССР Евгений Марчук скоро стал премьер-министром.

Высосанная «независимость»

Нужно сказать, что студенческие палаточные городки были новейшей формой протеста, примененные против имеющейся власти лишь на Украине. Но при всем этом даже более конструктивно настроенные участники акции соглашались, что «мыслью» так именуемой украинской независимости не достаточно интересовались в УССР. По мемуарам 1-го из участников акции, «опосля голодания, я узрел, что …мы в меньшинстве, нужно еще длительно биться, но люд уже начал думать о независимости Украины, хотя ранее это не достаточно кому могло придти в голову. Опосля же голодовки мысль независимости начала интенсивно дискуссироваться».

То, что люд в то время не заинтересовывали «идеи» некий украинской независимости подтвердил и всесоюзный референдум, который состоялся 17 марта 1991. За сохранение союзного страны сначало утвердительно ответили 70,2 % населения УССР. К слову, «согласие» за так называемое отделение будет получено позже, в процессе массовых выборных манипуляций, при помощи которых будет парализована здоровая часть силовых структур и всего общества УССР.

Опосля так именуемой голодной акции студентов, который можно поточнее именовать первым госпереворотом, были «Украина без Кучмы» (2000) и «Помаранчевый майдан» (2004). В конце концов, апогеем этих «патриотических» наработок явился так именуемый «Евромайдан» 2014 года, явивший все признаки кровавого вооруженного госпереворота, переросшего в затяжную войну в Донбассе. Тогда, в 1990 году была посеяна буря, семечки которой лишь начали прорастать на Украине, вступившей в новейшую турбулентность.

Наталья Залевская

Добавить комментарий