«Если тяжкий нездоровой в порядок не укладывается, то с ним пошаманят и выпишут».

В Рф издавна дискуссируется неувязка недостатка обученных мед кадров. Чертовски состав медиков проредила проводившаяся в течение пары лет оптимизации системы здравоохранения. Кардиолог из Тарусы Артемий Охотин посмотрел на делему обширнее и выдвинул свою версию того, почему в Рф на данный момент недозволено тяжело болеть и каким образом эта ситуация может разрешиться. «Уралинформбюро» приводит его мировоззрение полностью.

— Давеча в «Медузе» вышла большая статья про мед образование в Рф. Какое оно нехорошее, естественно. При том, что с выводом я не могу не согласиться, мне кажется, не затронут принципиальный момент. Там больше про то, что британского не знают, назначают препараты с недоказанной эффективностью и прочее, уже поднадоевшее. Ну и про то, как новейшие примечательные проекты все это дело меняют. Я далек от онкологии, от высочайшей хирургии и от иммунологии — то, что дискуссируется в статье. Потому скажу про обыденную медицину, ну это когда захворал неясно чем и весьма плохо, и нужно попасть к доктору, и чтоб сделалось лучше и понятнее. Можно это именовать терапией, а можно просто медициной, поэтому что это незначительно обширнее.

Артемий Охотин. Фото Максима Осипова, Facebook

Итак вот, медицина — это ремесло, вроде производства горшков, и ему недозволено научиться в кружке по интересам либо на не плохих интернет-лекциях либо по неплохим учебникам. Ремеслу можно научиться лишь работая с обычным мастером, работая так же как он и стараясь стать лучше его. А в Рф нет таковых мест, где практиковалась бы обширно обычная медицина. Есть места, где умопомрачительно отлично могут созодать какие-нибудь сложные вещи, но так чтоб всё вкупе просто работало как необходимо — такового нет. Не поэтому что докторы нехорошие, а поэтому что так устроена система.

Исцеление обязано быть в согласовании со «эталонами и порядками», а если тяжкий нездоровой в порядок не укладывается, то с ним пошаманят и выпишут. А в больнице (при этом непринципиально, в гос либо личной), если нездоровой чуток потяжелее, ему просто вызовут скорую и укатят по случайному адресу. А медицина работает, лишь если есть контакт меж нездоровым и доктором, меж доктором одной поликлиники и доктором иной поликлиники, да даже и снутри одной поликлиники обязано быть сотрудничество. Без этих контактов медицина преобразуется в решето, а нездоровой проскакивает меж трещин.

Естественно, у неких докторов есть особая система личных связей, что-то вроде потаенной сети, невидимой снаружи. Это весьма здорово, если удается хворого по данной сети передавать друг дружке, но она не весьма крепкая и нередко рвется.

А если нет медицины, то недозволено ей учить. Поэтому что обучить получится лишь нехорошему — вылечивать в согласовании со эталонами и направлять под наблюдение по месту проживания. И британский язык с доказательной медициной не очень посодействуют, ткань медицины они не воссоздадут.

Здесь возникает соблазн сказать что-то про курицу и яичко, дескать, поначалу грамотные докторы, а позже и медицина покажется. Но нет, порядок иной. Поначалу хоть какая-то медицина, с не весьма грамотными медиками, но построенная на человечьих принципах, а позже уже равномерно и докторы начнут подтягиваться. Тогда и наши ученики наверное окажутся лучше и талантливее нас. Уже просто поэтому, что им не нужно будет растрачивать свои духовные и умственные силы на борьбу с безумием. А пока этого нет, мы, самоучки, еще пригодимся, даже если не весьма отлично знаем британский либо назначаем препараты с недоказанной эффективностью.

Сиим выражением Артемий Охотин запустил необъятную дискуссию в русском Facebook. Делему откоментировали почти все известные докторы и мед менеджеры.

«Конкретно так. Есть отдельные классные спецы, но нет системы. Пока системы не будет, не будет и медицины», — поддержал управляющий столичной личной поликлиники Павел Брандт.

«Вот мне тоже кажется, что поначалу человеческое отношение и желание посодействовать. А уж из желания посодействовать произрастет необходимость познаний,» — добавил заместитель головного доктора Первой Градской поликлиники имени Пирогова в Москве Миша Гиляров.

«Мне совершенно чудилось, что вначале должен быть энтузиазм к тому, что ты делаешь, и желание созодать свое дело на высшем уровне, известном на данный момент мировой науке (cutting edge). Люди, которые сначала желают помогать, могут идти и в социальные работники, либо в спасатели на пляже», — дополнил его русскоговорящий врач-терапевт из Нью-Мексико Иосиф Раскин.

Добавить комментарий