Живописец: Рене Магритт. Заглавие картины: «Влюбленные». Картина написана: 1928 г. Фото отсюда

Приблизительно 1% людей планетки сосредоточил в собственных руках наиболее половины всего мирового богатства

Современные монархи уже издавна утратили флёр божественного права правителей. Даже в Британии, невзирая на лозунг на гербе Dieu et mon droit (Бог и моё право) и то, что настоящей власти у Елизаветы II больше, чем у хоть какого президента, монархию всё больше позиционируют как некоторую дань традициям.

Совместно с тем понятно, что в современном мире, где правят средства, гигантские масштабы денежного богатства порождают куда больше власти, чем должности, регалии и титулы.

Некоронованные денежные магнаты обладают медиа-империями, энергетическими и машиностроительными корпорациями, компаниями военно-промышленного комплекса и сферы IT. Их давление на правительства собственных государств беспримерно, они способны лоббировать хоть какое решение, брать партии и целые правительства.

Но кто они такие?

С одной стороны, СМИ ведут списки богатейших миллиардеров. Любой год аналитические службы поражают нас сведениями о том, что 1% людей планетки сосредоточил в собственных руках наиболее половины всего мирового богатства. Как бы вот они: Безос, Гейтс, Баффет, Эллисон, Цукерберг, Маск, и так дальше. Но если приглядеться к сиим личностям, то как-то они не тянут на правителей мира… Навряд ли Маск, Цукерберг, Гейтс и Безос способны диктовать волю Байдену, Трампу, Обаме и Бушам. По лицам этих миллиардеров видно, что они быстрее играют роль «карамельных богачей», типа удачные, образованные, красивые, всего добившиеся сами ребята. Нечто контрастирующее с пропагандистским образом ожирелого паразита в цилиндре с сигарой.

И позже, а где в перечнях всякие там Ротшильды, Рокфеллеры, Дюпоны, Морганы, Ламонты, где обладатели, фактически, JPMorgan Chase, General Electric, ExxonMobil, Citigroup, IBM, Pfizer, Boeing и даже Гугл, Facebook, Apple, Berkshire Hathaway? Они очевидно остаются в тени

Подсчёты состояний миллиардеров, которых представляют публике СМИ, строятся до этого всего на сведениях о владении человеком и его семьёй того либо другого количества акций той либо другой компании.

Обладает человек, например, 100 акциями Facebook, означает, его состояние равно нынешней цены 100 акций Facebook. Другими словами, когда молвят, что состояние Маска превысило 200 миллиардов баксов — это биржевая стоимость акций, которыми он обладает, плюс оценочная стоимость остальных его активов (земли, домов и остального). Это на самом деле ничего не означающая, полностью виртуальная цифра, которая публикуется в виде «журналистской оценки». Никто настоящей величины активов олигархов не понимает, тем наиболее налоговая инспекция.

Но самое увлекательное то, что на Западе сделали типичный миф о «революции управленцев», сущность которого заключается в том, что собственники сейчас типо ничего не решают и перевоплотился в безгласных рантье, а вся власть сосредоточилась в руках менеджеров. У данной нам концепции есть конкретные основания, ведь фигура собственника в XX веке вправду на сто процентов утратила управленческую функцию, сейчас не только лишь производит продукцию, да и управляет компаниями наёмный персонал.

Но это не значит, что власть перебежала в руки менеджеров. Наёмные директора действуют только в границах задач, которые им ставит собственник, и, невзирая на огромные заработной платы и призы, просто могут оказаться на улице ни с чем. К примеру, анализ указывает, что весь южноамериканский медиарынок контролируют 6 компаний: General Electric, News-corp, Disney, Viacom, WarnerMedia, CBS. И всей данной нам большой системой медиа управляют одни и те же 250 директоров, которые временами прыгают из одной компании в другую. Как следует, если какой-либо менеджер решит одурачить либо пойти против собственника, он получит «волчий билет» на всю промышленность.

Приблизительно то же самое и во всех других больших секторах рынка.

Миф о «революции управленцев» органически дополняет ещё один миф — о «социализации капитала». Большие компании, мол, сейчас вроде бы никому непосредственно не принадлежат, у их сотки тыщ акционеров, в том числе работников-акционеров, которые выбирают совет директоров, управляющий компанией в интересах развития самой компании. «В империи Морганов от Морганов осталось только заглавие» — расхожее мировоззрение. Не компании, а прямо-таки кооперативы и колхозы.

В реальности всеми большими южноамериканскими корпорациями обладает один и этот же круг лиц, который остаётся вдалеке от шумихи СМИ. Это и логично, ведь он обладает, в том числе, и самими СМИ

Если поглядеть на состав акционеров больших американских компаний, то можно увидеть, что на первых местах находятся подозрительно одни и те же собственники, так именуемые институциональный инвесторы: The Vanguard Group, Black Rock, Geode Capital, State Street и остальные. Эти «инвесторы», по подсчёту профессионалов, обладают половиной всех акций общественных компаний США и 90% акций 500 больших компаний в Америке. Причём они обладают также и друг другом впрямую либо через подконтрольные компании и компании. В итоге выходит, что, невзирая на маленькие, на 1-ый взор, толики в 5-10%, институциональные инвесторы владеют настоящим контролем над наикрупнейшими корпорациями. Как следует, круг тех, кто реально контролирует институциональных инвесторов, в реальности обладает всей американской экономикой. Установить его по открытой документации нереально.

Но разумеется, что речь идёт о бизнес и политической элите США, которая уже издавна вступила в некий картельного либо мафиозного типа сговор, трения снутри которого сглаживаются за счёт неизменной экспансии капиталов во наружные рынки. Этот класс денежных нео-аристократов, господствующих над всем миром, совсем сложился приблизительно в 1970-х годах.

В немейнстримной американской прессе институциональных инвесторов всё почаще именуют не только лишь «системно важными финансовыми учреждениями», да и «четвертой властью» и «практически теневым правительством», а их хозяев — «мегасобственниками».

 

Добавить комментарий