ЧЕТЫРЕ ПРОБЛЕМЫ ЗДРАВООХРАНЕНИЯ, ИЗ-ЗА КОТОРЫХ СТРАДАЮТ И ПОГИБАЮТ РОССИЯНЕ

Эпидемия коронавируса оголила самые критические задачи русского здравоохранения. Сделалось разумеется, что медицина собрана на живую нить: средств защиты и медтехники очень не много, стенки госпиталей рушатся чуток ли не на очах, а докторов категорически не хватает.

В русском здравоохранении всего четыре главные задачи. На 1-ый взор они не кажутся смертоносными, быстрее обыденными. Но в этом их коварство.

Они идут вереницей, как наездники апокалипсиса. Их не так просто приостановить, и они вот-вот растопчут российскую медицину.

ПЕРВЫЙ ВСАДНИК

БЕДНОСТЬ, НЕДОФИНАНСИРОВАНИЕ

Российскому здравоохранению чертовски не хватает средств. О этом молвят не только лишь Минздрав и Счётная палата, да и сами докторы. Практически 30% русских докторов считают, что основная неувязка российского здравоохранения — хроническое недофинансирование. О этом свидетельствуют результаты опроса профессионалов, проведённого соцсетью для докторов «Доктор на работе» и «Секретом».

Отсюда низкие заработной платы докторов, нехватка подходящих фармацевтических средств и медтехники.

«Заработная плата зависит от начальства и не соответствует указам президента. Полное отсутствие финансирования рабочего места доктора и мед сестры, отсутствие ремонта и новейшей мебели в течение 30–40 лет в военных лазаретах и почти всех поликлиниках», — сетуют докторы.

И ситуация навряд ли поменяется к наилучшему: из-за кризиса Минфин предложил существенно уменьшить расходы федерального бюджета на здравоохранение в 2021 и 2-ух следующих годах. Желание сберечь можно было бы осознать, если б русская медицина достигнула неописуемых высот и имела приличный припас прочности. Но, как досадно бы это не звучало, это не так.

Как планируют сокращать расходы на медицину

-65,7 миллиардов рублей

до 721,8 миллиардов рублей
в 2021 году

-71,5 миллиардов рублей

до 716,5 миллиардов рублей
в 2022 году

-115,4 миллиардов рублей

до 672,6 миллиардов рублей
в 2023 году

Застой 80-х положил начало стагнации русского здравоохранения. Средств на него выделяли всё меньше, с 6,3% ВВП в конце 60-х годов этот показатель свалился до 4,8% ВВП СССР, а поближе к 90-м годам — и совсем до 3,4%.

Российские лекарства и медтехника равномерно стали уступать пространство западным аналогам, но уровень познаний докторов оставался высочайшим. Конкретно потому медицина в СССР числилась одной из наилучших в мире, чего же не скажешь о Рф: сейчас из года в года страна занимает крайние места в рейтинге эффективности здравоохранения Bloomberg.

Камнем преткновения стали средства. Опыт государств Евросоюза указывает, что даже на базисную медпомощь раз в год требуется не наименее 7–10% ВВП. И это без учёта глобальных перестроек инфраструктуры и таковых форс-мажоров, как коронавирус.

Для сопоставления: в 2019 году расходы бюджета и системы ОМС на медпомощь составили 3,5% ВВП. В конце такого же года Владимир Путин именовал цифру 3,7% и пообещал, что в 2020 году этот показатель прирастят до 4,1%. Но не срослось: на здравоохранение в 2020 году отвели всего 3,8% ВВП. При том, что расходы субъектов РФ на здравоохранение по сопоставлению с прошедшим годом возросли на 88%, составив наиболее 1 трлн рублей.

Но даже их растрачивают неэффективно. Глава Счётной палаты Алексей Кудрин констатировал, что здравоохранение в почти всех регионах Рф не отвечает современным требованиям.

«Медицина значительно недофинансирована даже по работающим нормативам, она просит и серьёзной перестройки. Мы проведём проверку трат на коронавирус и покажем эти числа», — объявил он.

С начала 2020 года власти издержали на лекарства с недоказанной эффективностью наиболее 1,6 миллиардов экономных рублей. Посреди таковых препаратов — антивирусные средства и иммуномодуляторы «Арбидол», «Ингавирин» и «Кагоцел».

Так, в разгар пандемии городская поликлиника Ростова-на-Дону закупила 5 упаковок новейшего продукта левилимаб на полмиллиона рублей. И это притом, что Минздрав не рекомендовал его для терапии коронавируса.

По стране проехалась серия скандалов и с закупками масок. Власти Саратовской области желали закупить нестерильные маски для больниц по 425 рублей за штуку, притом что по рынку такие маски стоили в три раза дешевле. Опосля резонансной истории последовала куда наименее резонансная отставка руководительницы аппарата губернатора Саратовской области Олеси Горячевой.

Ситуация с масками стала первым вестником заморочек со средствами защиты: медработники по всей стране сетовали на нехватку костюмов, перчаток, очков и респираторов. Две петиции на change.org, где докторов добивались обеспечить средствами защиты, собрали наиболее 360 000 голосов.

Недостаток средств персональной защиты — одна из обстоятельств, почему в числе жертв коронавируса в Рф велика толика медработников. В весеннюю пору она составляла около 7%. Это в 10-ки раз больше, чем в странах Европы и США.

Деятельная группа русских докторов запустила проект «Перечень памяти» — туда заносят данные о докторах, погибших во время пандемии коронавируса, вне зависимости от официального диагноза. По состоянию на 16 сентября в нём практически 700 фамилий.

Доктора, специалисты и филантропы обратились к зампреду правительства Татьяне Голиковой с просьбой принять срочные меры и решить делему до 2-ой волны коронавируса. Но в Минздраве им на это ответили: недостатка нет.

Коронавирус пробил серьёзную брешь в бюджете. В итоге пострадали люди с иными болезнями, в том числе и редчайшими. На закупку дорогих фармацевтических средств не хватает федеральных средств. Как пример — дорогостоящий продукт эмицизумаб, в каком нуждаются 566 россиян с тяжёлой формой гемофилии. Власти могут закупить его лишь для 195 пациентов.

Месяц пандемии привёл к тому, что актуально принципиальные препараты, в том числе и от ковида, пропали из аптек, и их нереально ни получить по гос льготе, ни приобрести.

Как лихорадит медицину, ощутили и люди с массово распространёнными заболеваниями. Из-за COVID-19 в неких регионах нездоровым не хватало донорской крови, у властей не было средств на лекарства для ВИЧ-инфицированных, а поликлиники отрешались безвозмездно созодать онкобольным МРТ и томографию.

Да и до коронавируса система закупок медикаментов и остальных расходников, нужных для исцеления людей, часто давала сбои. К примеру, половина нездоровых ВИЧ в Россию не получают подабающее исцеление. Сорванные госзакупки, перебои с поставками и жёсткая экономия на пациентах лишь подстёгивают распространение заболевания.

ВТОРОЙ ВСАДНИК ОМС

Начиная с 90-х годов русское здравоохранение всё время подвергают реформам. Одна из их — переход от русской модели Семашко к неотклонимому мед страхованию (ОМС).

Конкретно система ОМС тормозит развитие здравоохранения в Рф, считают 52% врачей-специалистов из наиболее чем 10 000 опрошенных обслуживанием «Справочник доктора».

Дело в том, что тарифы ОМС рассчитываются без учёта себестоимости: доступный бюджет делят на планируемое число услуг. Потому часто они не покрывают даже текущие издержки на оказание обычной помощи, не говоря уже о вложениях в материально-техническую базу больниц и поликлиник.

Например, первичный лечебно-диагностический приём терапевта в Москве стоит дешевле «Биг Мака» — 108 рублей 22 копейки. За эти средства доктор должен слушать и расспросить хворого, провести осмотр, поставить диагноз, назначить обследование и исцеление, заполнить документы и оформить больничный лист. Повторный приём стоит и совсем 83 рубля 55 копеек.

Из этого вытекает то, что при заявленной бесплатности мед помощи в русских медучреждениях растёт объём платных услуг. Не желаете по ОМС ставить в зуб пломбу, которая вывалится через несколько месяцев, — платите за высококачественные материалы из собственного кармашка. Не готовы ожидать непонятно сколько времени в очереди на сверхтехнологичную операцию — покупайте платную услугу либо несите конверт медику.

Сколько пациенты платят из собственного кармашка в различных странах

Добавить комментарий